Легенда о пианисте (мотивация)

Мотивация в Картине мира с шестью тоннами динамита

Источник: книга Бизнес-тренинг от Hollywood(a); http://corporatevideo.ru

Видеокейс мотивация Легенда о пианисте В фильме «Легенда о пианисте» («The Legend of 1900») Джузеппе Торнаторе  рассказана история невероятно одаренного пианиста по имени «1900», который родился на трансатлантическом лайнере и был оставлен младенцем на крышке рояля в салоне первого класса.

Поскольку на ребенка не было никаких документов, то все первые годы жизни он провел на корабле, ни разу не сойдя на берег. И жизнь, и музыка, и признание – все было у него связано с кораблем.

Этот корабль стал для него всем миром. Даже после того, как корабль окончательно встал на якорь, он продолжал прятаться в бесконечных закоулках, переходах и трюмах этого корабля. Когда стало понятно, что корабль должны взорвать, один из музыкантов, оставивший работу на корабле несколько лет назад, попытался этому помешать. После долгих поисков ему наконец-таки удается найти главного героя на заброшенном корабле.

 
Видеокейс мотивация Легенда о пианистеМакс: Что ты делал все эти годы?
Тысяча Девятисотый: Играл.
Макс: Даже во время войны?
Тысяча Девятисотый: Даже, когда никто не танцевал, ... даже, когда сыпались бомбы. Я играл, ...пока корабль не бросил якорь в Плимуте.
Макс: Ты называешь это кораблём? Больше похоже на корыто, начинённое динамитом. Страшновато, нет?
Тысяча Девятисотый: А ты, Макс? Где твоя труба?
Макс: Я бросил играть, уже давно. Но знаешь, теперь я подумываю начать всё сначала. Меня так и распирает от идей! А не сварганить ли нам дуэт? Или оркестр? Биг Бэнд Дэнни Будмана и Тэ Дэ Лимона Тысяча Девятисотого! Уже так и вижу афиши! Наделаем шуму! Давай же, Тысяча Девятисотый. Пойдём со мной отсюда. Посмотрим на взрыв ''Вирджинии'' с пирса, а потом начнём жизнь сначала. Иногда так и надо. Начинать с первой цифры. Жизнь не кончена, пока у тебя есть в запасе хорошая история... и тот, кому есть её рассказать. Помнишь? Это ты мне сказал. Теперь у тебя накопилась пропасть историй. Все будут внимать каждому твоему слову. И они с ума сойдут от твоей музыки. Поверь мне.
Тысяча Девятисотый: Этот город... Ему нет конца. Где конец, Макс? Покажи мне, где он оканчивается? На трапе всё было прекрасно, ...и я отлично выглядел в твоём пальто. Сидело, как влитое. И у меня была твёрдая решимость сойти с корабля. Твёрдое намерение. И проблема не в этом.
Меня остановило не то, что я увидел. А то, чего я не увидел. Понимаешь? Чего я не увидел? В это огромном городе было всё, кроме конца, ...завершения. Я не увидел, где он оканчивается, где граница этого мира. Ты садишься за рояль. Клавиатура начинается. И заканчивается. Ты знаешь, клавишей восемьдесят восемь. С этим никто не станет спорить. Они не бесконечны. Бесконечен музыкант... и музыка, которую он играет. Это меня устраивает. А тут я выхожу на трап, ...и передо мной оказывается клавиатура из миллионов и миллионов клавиш. И это правда, Макс. Эта клавиатура бесконечна. Поди сыграй на клавиатуре, которой нет конца! Ты занимаешь чужой стул. Это инструмент Всевышнего! Господи, ты видел улицы? Просто улицы. Их тысячи. Как на них можно жить? Как вы умудряетесь выбрать одну? Одну женщину. Один дом. Один пейзаж, которым любоваться. Один путь к смерти? Этот мир давит на тебя всей тяжестью. И ты не знаешь, где его граница. Можно с ума сойти от таких мыслей! Это же преступление жить в этом мире! Я родился на этом корабле. Жизнь текла мимо меня. Но рядом со мной всякий раз оказывалось две тысячи человек... со своими желаниями и надеждами. Правда, не превышающими размеры корабля. Через музыку мы выражали свою радость, но клавиатура ставила ей границы. Я так жил. Суша? Для меня суша – это слишком большой лайнер. Это слишком красивая женщина. Это слишком длинное путешествие. Это слишком стойкие духи. Это музыка, которую я не умею играть. Я никогда не смогу уйти с корабля. Мне проще покинуть жизнь. В конце концов, я ни для кого не существую. Ты - исключение, Макс. Ты единственный, кто знает, что я здесь. Ты в меньшинстве. Пойми это. Прости, дружище, ...но я не сойду.
Макс поднимается по лестнице к выходу.
Тысяча Девятисотый: Макс, ...представляешь картину? Врата Рая и апостол Пётр. Моё имя не могут найти в списке.
Апостол Пётр: Как, ты говоришь, твоё имя?
Тысяча Девятисотый: Тысяча Девятисотый.
Апостол Пётр: Так, Девятинский, Девяткин, Девяревский...
Тысяча Девятисотый: Понимаете, я родился на корабле.
Апостол Пётр: Не понял?
Тысяча Девятисотый: Родился, вырос и умер на корабле. Может, меня поэтому не зарегистрировали.
Апостол Пётр: Кораблекрушение?
Тысяча Девятисотый: Нет, шесть тонн динамита - ба-бах!
 

 

Видеокейс мотивация Легенда о пианисте В своей книге «Искусство управленческой борьбы» Владимир Тарасов пишет, что до тех пор, пока человеку комфортно в его картине мира, он будет стремиться ничего в ней не менять. В отрывке из фильма это было показано в удвоенной степени. Картина мира главного героя не только способна преобразить для него восприятие реальности. Эта картина способна менять картины других людей. Друг главного героя прилагал невероятные усилия, убеждая посторонних людей в своей правоте, для того, чтобы не дать взорвать корабль и найти Тысячадевятисотого. И вот, когда он его находит, то оказывается, что все его усилия в картине мира главного героя имеют совсем другое преломление.

Этот пример также показывает, что в некоторых ситуациях любые усилия могут не значить ничего. Если руководитель стратегически важного отдела принял решение об увольнении, вполне может оказаться, что это не «проблема денег». И тогда, все доступные и законные способы повлиять на ситуацию могут просто не работать.

Традиционно, такому поступку приписывают одно из двух объяснений: либо человек не понимает (перспектив, ответственности и т.д.), либо так он ко всему относится (к коллегам, к работе, к доверию, к обязательствам). Если поверить в такие объяснения, то получится, что все люди делятся на тех, кто «постоянно уходит» и тех, кто «всегда остается». По-видимому, искать причины лучше не в человеке, а в ситуации.

Слишком часто обсуждение мотивации возникает как часть разговора об увольнении. Если мотивация – это желание работать лучше, то зачем ее обсуждать, когда само желание уже пропало? Эта ситуация хорошо характеризуется фразой Линкольна: «Если Вы держите слона за заднюю ногу, и он вырывается, то самое лучшее – его отпустить».

Один из самых уважаемых российских бизнес-консультантов А. И. Пригожин в своей книге «Методы развития организаций» неоднократно делает акцент на том, что «организации – системы искусственные» и что «самопроизвольно (они) могут только разрушаться». «Система функций тоже искусственна» и желание их выполнять, со временем, может только снижаться. И если это желание пропало окончательно – увеличивать заработную плату будет бесполезно. Таким образом, мотивация не может обсуждаться, в качестве способа повлиять на решение об уходе. Либо влиять на это уже поздно, либо сотрудник играет в игру, где мотивация – это приз за наглость.

Принцип работы с мотивацией сильно напоминает агитационные плакаты в медицинских учреждениях: «Нежелание работать легче предупредить, чем излечить». Мотивировать сотрудников лучше до того, как появились проблемы такого характера. Если зарплата называется системой мотивации, а суть этой системы выражается формулой «оклад+проценты», то мотивационный тупик – явление неизбежное. Оставаться в этом подходе – значит признать, что картина мира с «шестью тоннами динамита» – перспектива любых взаимоотношений компании и ее сотрудников.

 

Легенда о пианисте (мотивация)